Варлен, Эжен

Варлен (Varlin) Луи Эжен (5 октября 1839, Кле-Суйи, — 28 мая 1871, Париж), деятель французского рабочего движения, один из организаторов и руководителей парижских секций 1-го Интернационала, левый прудонист, участник Парижской Коммуны.

1. Детство и юность

Отцом Варлена был крестьянин-бедняк, бо́льшую часть времени батрачивший на зажиточных крестьян. Тринадцатилетним мальчиком Эжен Варлен был послан в Париж на учёбу в переплётную мастерскую; впоследствии он стал искусным мастером своего дела. Одновременно Варлен настойчиво учился, много читал и путём самообразования достиг больших знаний. Ещё будучи 18-летним юношей, в 1857 г. он организовал профсоюз переплётчиков и был активным руководителем нескольких стачек.

Когда Варлену исполнился 21 год, он поступил в вечернюю школу, которую окончил в 1862 г. одним из первых учеников, получив награды за успехи в геометрии, счетоводстве и французском языке.

2. Участие в рабочем движении и Интернационале

2.1. 1862–1868 гг.

В 1862 г. Варлен с группой делегатов от парижских рабочих посетил Лондонскую Всемирную выставку, на которой он встречался с английскими рабочими и на их примере убедился в необходимости международного объединения рабочих для защиты своих классовых интересов.

В августе 1864 г., после принятия закона, разрешающего стачки, Варлен организовал первую легальную парижскую забастовку переплётчиков, в которой рабочим удалось добиться уменьшения рабочего дня с 12 до 11 часов и повышения почасовой оплаты.

В 1865 г., сразу после организации французской секции Международного товарищества рабочих (Первого интернационала), Варлен вступил в парижскую организацию Интернационала. Он увлёкся идеями Прудона, но не принял наиболее умеренных его лозунгов, таких, как неучастие в политической борьбе. В том же году он организовал издание «Рабочей трибуны», газеты Интернационала, а также принял участие в конференции Интернационала в Лондоне как делегат французской секции и познакомился с Марксом. После возвращения из Лондона Варлен проявил особенную активность. По словам его биографа Домманже, «в эту эпоху Варлен один привлёк в парижские секции Интернационала три четверти его членов».

В мае 1866 г. Варлен вместе со своим другом Делакуром организовал Сберегательное общество взаимного кредита и страхования от безработицы и был избран его председателем. Варлен, в отличие от правоверных прудонистов, всегда был горячим сторонником широкого вовлечения женщин в общественную работу и настоял на введении в устав Общества пункта о равенстве обоих полов.

На первом (Женевском) конгрессе Интернационала (1866 г.) Варлен был в числе делегатов. Как большинство членов парижских секций, Варлен был прудонистом с известной склонностью к бакунизму. Однако на этом конгрессе Варлен и его друг Бурдон резко разошлись с французской делегацией по вопросу о женском труде. Они были против запрещения женского труда в производстве. Они также выступали против анархо-прудонистского отрицания всякого государства и, как следствие, отрицания права государства на воспитание детей пролетариев.

В конце 1860-х годов наряду с активной работой в Интернационале Варлен продолжал работу по созданию профсоюзов и руководил рядом стачек. Он организовал в 1867 г. в Париже кооперативные столовые «Котёл» («Marmite»), в которых рабочие могли получать по себестоимости сытный обед.

Роль Варлена в Парижском бюро Интернационала была значительной: он неустанно побуждал товарищей к действию, активной защите рабочих интересов. Варлен толкал Парижское бюро Интернационала на путь активной борьбы, и, несмотря на всю «аполитичность» правых прудонистов, нередко им не оставалось ничего иного, как следовать за ним.

Варлен не смог поехать на II конгресс Интернационала (в Лозанне), т. к. был к тому времени избран делегатом от переплётчиков на Всемирную парижскую выставку 1867 г. Лозаннский конгресс (сентябрь 1867 г.) провозгласил, что «социальное освобождение рабочих неотделимо от их политического освобождения». Варлен и группа левых прудонистов с энтузиазмом приветствовали этот лозунг, призывавший рабочих на путь политической борьбы и осуждавший аполитичность правых прудонистов.

Видя безуспешность своей политики, французское правительство от заигрывания и «покровительства» рабочим перешло к резким репрессиям. Оно решило покончить с Интернационалом. Вся Административная комиссия Парижского бюро Интернационала (15 человек) была арестована и предана суду по обвинению в принадлежности к «недозволенной правительством ассоциации, большей, чем 20 человек». Организация Интернационала 19 февраля 1868 г. назначила выборы в новую комиссию. Процесс начался 6 марта, а через четыре дня новая комиссия уже вступила в исполнение своих обязанностей. Избраны были Варлен (переплётчик), Бурдон (гравёр), Малон (красильщик) и другие. В большинстве своём комиссия состояла теперь из левых прудонистов, более революционных и более активных, чем их предшественники, настроенных, как Варлен, в пользу политической борьбы рабочих за свои права. Таков был единственный результат, которого правительство достигло своим неудачным первым процессом. Решением суда общество (Интернационал) было объявлено распущенным, а обвиняемые приговорены к 100 франкам штрафа и месяцу тюремного заключения каждый.

В конце того же месяца (марта 1868 г.) в Женеве вспыхнула грандиозная общая стачка рабочих-строителей, потребовавших повышения заработной платы и получивших отказ. Большинство рабочих было членами Интернационала. Бастующие оказались в отчаянном положении и стали взывать о помощи к организациям Интернационала в Лондоне, Париже, Брюсселе и т. д. В апреле Варлен от имени Парижской комиссии Интернационала организовал сбор средств в пользу бастующих женевских строителей. В течение двух недель была собрана значительная сумма (10 тысяч франков), которую Варлен с торжеством вручил представителям женевских стачечников. Стачка была выиграна. Это было новым, блестящим подтверждением международной солидарности пролетариев всего мира.

2.2. Выступление перед трибуналом на втором процессе Интернационала

В связи с деятельностью Варлена правительство возбудило новое преследование против него и вновь избранной комиссии. 22 мая 1868 г. вторая комиссия Парижского бюро Интернационала (Варлен, Мало, Бурдон и др.) предстала перед 6-й палатой Исправительного трибунала.

Варлен произнёс от имени всех обвиняемых защитительную речь, которая прозвучала обвинительным приговором буржуазному обществу.

Мы с вами представляем две борющиеся партии, — вы стремитесь во что бы то ни стало сохранить существующий порядок, а мы, социалисты, хотим этот порядок изменить.
…Несмотря на то, что Великая революция провозгласила «права человека», в настоящее время, по воле кучки людей, могут политься потоки человеческой крови в братоубийственной войне. Всюду миллионы трудящихся страдают в нужде и невежестве, терпят беспощадное угнетение, в то время как на долю небольшой кучки людей выпадают все наслаждения жизни, и богачи не знают, куда девать свои богатства.
…Миллионам детей бедняков не во что одеться, а в магазинах выставлены роскошные материи, на производство которых потрачены десятки тысяч рабочих дней.
…Рабство погубило древний мир, современное общество тоже погибнет, если не прекратит страданий большинства, если правящие будут продолжать думать, что народ должен трудиться и терпеть лишения, чтобы содержать в роскоши привилегированное меньшинство.
…Присмотритесь внимательнее кругом — и вы увидите глухую ненависть между богатым классом, охраняющим современный порядок вещей, и рабочим классом, который хочет завоевать себе лучшее будущее. …Вы всюду увидите жестокий эгоизм и безнравственность, — признаки упадка, разложения.
…Земля уходит из-под ваших ног — берегитесь! Класс, который до сих пор появлялся в истории лишь во время восстаний, для того, чтобы уничтожить какую-нибудь великую социальную несправедливость; класс, который был угнетаем во все эпохи и при всех властях, — рабочий класс намерен взять на себя дело возрождения. С вашей стороны было бы разумно приветствовать его разумное начинание и не мешать его справедливому делу… Когда определённый класс потерял своё моральное превосходство, благодаря которому он пришёл к власти, — он должен поторопиться сойти со сцены, если он не хочет быть жестоким. Пусть буржуазия, наконец, поймёт, что, раз её устремления слишком мелки для охвата потребностей эпохи, — ей следовало бы раствориться в молодом классе, несущем человечеству мощное возрождение.

Это было смелое и яркое выступление. Но своим наивным предложением буржуазии «сойти со сцены» и «уступить место молодому классу» Варлен отдал дань влиянию прудонизма.

6 июля, согласно приговору суда, Варлен был посажен в тюрьму Сент-Пелажи, где просидел три месяца (до 6 октября). В сентябре в Брюсселе происходил очередной конгресс Интернационала. Варлен со своими товарищами по заключению 4 сентября послал из тюрьмы горячее приветствие конгрессу, которое было зачитано на одном из его заседаний.

2.3. 1869–1870 гг.

По выходе из тюрьмы Варлен снова включился в общественную жизнь Парижа. После Брюссельского конгресса в организациях Интернационала развернулась борьба за самостоятельные классовые организации пролетариата. Варлен ещё до этого понимал, что только участием в классовой борьбе, в непосредственной борьбе рабочих с капиталистами, которая проявлялась в форме стачек, только путём объединения рабочих в профессиональные союзы социалисты могут организовывать и революционизировать рабочую массу. Варлен энергично принимается за работу, поддерживает стачки в разных городах Франции, рассылает всюду письма и инструкции. К этому времени (1869 г.) Варлен становится фактическим руководителем всего французского рабочего движения.

Варлен участвовал в Базельском конгрессе Интернационала (1869 г.), поддерживая бакунинский лозунг об отмене права наследования. На Базельском конгрессе он, кроме того, голосовал не только за право общества упразднить частную собственность на землю, но и высказался за превращение её в общественную собственность. Так совершился разрыв Варлена и других «коллективистов» с доктриной Прудона по решающему вопросу — о собственности.

В 1869 г. Варлен провёл объединение профсоюзных организаций Парижа в Федеральную палату рабочих обществ. В это же время он выезжал и в другие города Франции в интересах создания и укрепления секций Интернационала (в Лион, Крезо, Лилль и т. д.). В Париже Варлен добивался объединения различных революционных ячеек в единые окружные секции. Весной 1870 г. он председательствовал на первом общем собрании членов парижских секций, где был принят статут федерации.

Через несколько дней после этого собрания произошли аресты среди членов Интернационала, и Варлену пришлось скрываться. На третьем процессе Интернационала (июль 1870 г.) его заочно приговорили к году тюрьмы. Варлен поселился в Бельгии, в Брюсселе, затем, не найдя работы, он был вынужден переехать в Антверпен.

О позиции Варлена накануне франко-прусской войны говорит его письмо к Обри от 8 марта 1870 г.: «Вы хотите, чтобы я стал менее революционным, хотя положение дел ухудшается со дня на день… Вы глубоко ошибаетесь, что я пренебрегаю социальным движением во имя политического. Нет, я ставлю революционные задачи именно с социалистической точки зрения. Но вы должны понять, что мы ничего не достигнем в области социальной реформы, пока не будет уничтожено старое государство».

В эти месяцы Варлен предсказывал близкую революцию и активно к ней готовился.

И враги и друзья отмечали, что Варлен был обаятельным человеком и пользовался в рабочих кругах Парижа исключительной популярностью. Он был преимущественно организатором. Это был человек сдержанный, уравновешенный, вдумчивый, хорошо образованный. Он говорил просто, ясно и убедительно, без всяких пышных ораторских приёмов. Он влиял своей убеждённостью и твёрдостью.

Надо отметить, что Варлен исподволь освобождался от левого прудонизма и в известной мере испытывал влияние Маркса. Он всегда был близок с рабочими массами и умел учиться у них. Характерно, что он всегда был активным, руководящим членом всех массовых революционных организаций этого периода. И именно благодаря Варлену Интернационал оказывал влияние, например, на Центральный комитет национальной гвардии (в марте 1871 г.).

Однако к научному социализму Варлен и «коллективисты» приблизились только в своём отказе признать вечное существование частной собственности на землю и в своём признании необходимости революционного характера перехода к новому обществу. Все они — во главе с Варленом — отрицали необходимость создания взамен разрушаемого государства нового, пролетарского государства — и в этом они оставались прудонистами.

Признавая необходимость политической революции, Варлен и другие левые прудонисты не понимали значения для рабочего класса иметь свою самостоятельную политическую партию, которая руководилась бы научной теорией. Они не понимали, что целью деятельности Маркса и Энгельса в Интернационале была именно борьба за создание таких партий. Варлен и его товарищи продолжали смотреть на Интернационал, как на организацию, стоящую вне политики, и сохранили эту ошибочную точку зрения до самой революции 18 марта, а, судя по их поведению, в значительной степени и во время самой революции.

Непонимание законов классовой борьбы и роли в ней пролетарской партии вело Варлена к переоценке роли профессиональных союзов. С его точки зрения эти союзы должны были после политической революции опрокинуть старый экономический строй и на следующий день после этого превратиться в ассоциации производителей, кооперативные и кредитные организации и т. д., которые возьмут в свои руки производство и обмен. В будущем «коллективистском» строе организатором производства и распределения продуктов явится не государство, а профессиональные союзы; рабочие будут иметь полную свободу распоряжаться собой, владеть своими орудиями труда при том условии, что они будут предоставлять по себестоимости для обмена продукты своего труда, чтобы осуществилась взаимность услуг между рабочими различных профессий. Таким образом, весной 1870 г. Варлен примкнул фактически к противникам «государственников» — марксистов в Интернационале и поддерживал в этом вопросе анархистов-бакунистов.

2.4. После революции 1870 г.

После революции 4 сентября 1870 г. Варлен возвратился в Париж и сразу занял одно из видных мест в движении. Он был выбран в Центральный комитет 20 округов, в сентябре — октябре был командиром 193-го батальона Национальной гвардии, в марте — членом Центрального комитета национальной гвардии. И по-прежнему он активно работал в секциях Интернационала.

Сохраняя в себе «отрыжку прудонизма», Варлен, выступавший перед войной с заявлениями о необходимости политической революции, направленной против Второй империи, теперь, когда она произошла, был неподготовлен к тому, чтобы вести организационную подготовку дальнейшей политической борьбы рабочих — уже за их собственные классовые цели. Насколько мы можем судить по дошедшим до нас данным, основное внимание Варлена в это время было поглощено борьбой за ослабление экономических бедствий, наступивших вскоре после того, как прусские войска предприняли 19 сентября осаду Парижа. На собраниях секций, в рабочих столовых, как рассказывает один из очевидцев — русский народник П. Л. Лавров, «на первом месте стояли вопросы войны» и «сопротивления до последних сил» в противовес позиции буржуазии, готовой к примирению.

За немногими исключениями члены Интернационала, полные ещё прудонистских предрассудков, предпочли воздержаться от участия в движении 31 октября (когда ЦК 20 округов и бланкисты совершили отчаянную попытку провозгласить Коммуну), заявив, что они не могут вмешиваться в политическую борьбу. Даже Варлен скептически отнёсся к решению Центрального комитета 20 округов свергнуть правительство. Он говорил, что «Интернационал не может вести политическую борьбу такими способами» и что «при всякой новой попытке подобного рода мы только потеряем время». Хотя Варлен и был в день 31 октября на Гревской площади со своим батальоном, но в Ратуше, где происходили все события дня, он не был.

После 31 октября реакция временно восторжествовала. Варлену пришлось покинуть свой батальон. Его друг и товарищ по Интернационалу Б. Малон, избранный помощником мэра XVIII округа, устроил Варлена к себе секретарём. Но Варлен недолго оставался в мэрии: вскоре он перешёл в продовольственную комиссию и открыл рабочую столовую «Marmite» на улице Берцелиус. В эти осенние и зимние месяцы он часто выступал в Кордери на народных собраниях и в клубах, разоблачая предательское поведение правительства и требуя, чтобы вооружённые рабочие взяли в свои руки руководство обороной. И в эти месяцы среди части парижских членов Интернационала продолжали сохраняться соглашательские настроения и оборонческие иллюзии: они считали возможным в тот период соглашение с буржуазией «для совместной борьбы с внешним врагом». Эти настроения и иллюзии, несомненно, ослабляли позиции I Интернационала во Франции.

Между тем положение осаждённого Парижа всё ухудшалось. Начался голод. Правительство Национальной обороны замышляло измену. Позорная капитуляция была в сущности явной провокацией, подготовлявшейся правительством. Парижский народ ответил на действия правительства демонстрацией протеста. Варлен принял в ней активное участие; 22 января он и Малон повели к Ратуше 300 рабочих, членов Интернационала, на развевавшемся знамени которых был начертан лозунг: «Нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав».

Кровавая расправа «республиканских» властей с безоружной толпой на площади Ратуши 22 января была жестоким уроком для тех республиканцев, кто ещё верил в возможность «примирения с правительством». С этого момента Варлен стал энергично требовать ещё большего вооружения рабочих, национальных гвардейцев и объединения республиканских батальонов Национальной гвардии. Эти предложения были встречены парижскими рабочими с большим энтузиазмом.

Возникшая в конце февраля 1871 г. Федерация парижских батальонов Национальной гвардии в первые же дни продемонстрировала свои республиканские настроения, свою готовность дать отпор попыткам монархической реставрации и объявила, что ни под каким видом не позволит себя разоружить. В сущности это был вооружённый народ Парижа.

Как же реагировала на всё это парижская организация Интернационала? Далеко не все в ней поняли смысл происходивших событий. Среди членов секций Интернационала существовало укоренившееся предубеждение против Федерации батальонов: указывали, что инициатива её создания исходила из реакционной среды, опасались, что в составе Центрального комитета Национальной гвардии находятся «неизвестные люди», возможно, чуждые народному делу. Однако Варлен твёрдо и уверенно вёл товарищей «навстречу социальному будущему» (как он выражался) и совершенно правильно требовал, чтобы члены I Интернационала поддержали федерацию Национальной гвардии.

1 марта, в день вступления пруссаков в Париж, Варлен выступил на заседании Бюро Интернационала с предложением, чтобы члены Интернационала вошли в состав Центрального Комитета Национальной гвардии. Предложение было принято, и в ЦК были делегированы четыре члена Бюро Интернационала, в том числе Варлен.

Положение в Париже было чрезвычайно напряжённым. Национальная гвардия (состоявшая в большинстве своём из рабочих, вооружённая пушками) была бельмом на глазу у Тьера и реакционного Национального собрания — «деревенщины». Тьер решил разоружить Национальную гвардию и спешил реализовать свой план ещё до 20 марта (ближайшего заседания версальского Собрания). Накануне 18 марта совет министров под председательством Тьера постановил произвести захват пушек, оружия и вооружения, имеющихся в батальонах, верных Центральному Комитету, роспуск Комитета и арест его членов.

С момента приезда Тьера (15 марта) в Париж спешно стягивались войска, количество которых к 18 марта удвоилось. Центральный Комитет не предвидел неожиданного нападения; плана действий в момент стихийного восстания масс у Комитета не существовало.

В эти решающие дни, в минуту грозной опасности со стороны реакции и озлобленной буржуазии, Варлен хорошо понимал, что вооружённые рабочие массы Национальной гвардии являются единственной реальной силой. Он знал, что это была могучая сила, способная дать отпор всем проискам контрреволюции. Он видел, что Центральный комитет был первой и настоящей народной властью, опиравшейся на вооружённый народ. Все вымыслы и бредни анархистов — прудонистов и бакунистов насчёт «вреда и ненужности власти», насчёт «отмены государства» отлетели от Варлена прочь, как ненужная шелуха. Для него теперь, более чем когда-либо, стало ясным, что только вооружённой силой пролетариат может добыть себе свободу.

3. Участие в Парижской Коммуне

3.1. Восстание 18 марта 1871 г.

Для Варлена события 18 марта также были неожиданными. Находившийся в это утро в Батиньоле (XVII округ Парижа) Варлен, как только узнал о произошедших событиях, немедленно стал во главе 155 и 222-го батальонов Батиньоля. После того, как забили тревогу, к ним примкнули части шести других батальонов. Все они, во главе с Варленом, были в боевой готовности. Варлен решил действовать, не теряя ни минуты и приказал всем батальонам XVII округа немедленно спуститься в Париж и овладеть Вандомской площадью. Два часа спустя, связавшись с батальонами XVIII округа (Монмартра), совместно с ними Варлен захватил Вандомскую площадь (где находился штаб Национальной гвардии).

Таким образом, Варлен был одним из руководителей восстания 18 марта 1871. Временным органом власти стал Центральный комитет Национальной гвардии, одним из членов которого был Варлен.

3.2. Деятельность в Коммуне

Утром 19 марта Варлен и Журд, во главе трёх десятков федератов, заняли министерство финансов. Варлен и Журд прошли в покинутый кабинет министра и потребовали точного отчёта о наличии денег в сундуках. Им было сообщено, что наличие достигает 4 миллионов 731 тысячи франков, но что ключи — в Версале, так что «ничего поделать нельзя…»

В вопросе о деньгах делегаты Центрального комитета (а позднее делегаты Коммуны) уже с самого начала проявили непростительную «деликатность» и уступчивость, которые впоследствии были одной из причин гибели Коммуны. В первые дни после революции Варлен ещё был полон иллюзий насчёт возможности примирения с Версалем и требовал только денег на самые неотложные нужды — на уплату жалованья Национальной гвардии. В 6 часов вечера 19 марта Варлен и Журд явились к управляющему банком и после длительных переговоров и вмешательства, наконец, Центрального комитета получили у него под расписку один миллион банковскими билетами — для уплаты жалованья национальным гвардейцам. Как выяснилось впоследствии, в банке тогда хранилось в общем почти два с половиной миллиарда франков плюс 900 миллионов невыпущенных банковых билетов, на которых не хватало только подписи.

Около полуночи того же дня Варлен и другие представители новой власти (Журд, Моро, Арну) сделали последнюю попытку примирения с парижскими депутатами и мэрами, считавшими себя единственными представителями законной власти. Они явились в мэрию II округа на совещание мэров и предъявили свои, довольно умеренные, требования: избрание Коммуны, как муниципального Совета, коммунальных свобод для Парижа, уничтожение префектуры полиции, права для Национальной гвардии самой выбирать своих офицеров, в том числе и главнокомандующего, полного прощения неоплаченных квартирных долгов на сумму меньше 500 франков и пропорционального снижения прочих долгов за квартиру, справедливого закона об уплате по векселям, наконец, чтобы версальские войска отошли на 20 миль от Парижа. Но участники собрания не желали слышать даже о таких уступках. Все усилия делегатов Центрального комитета были тщетны.

Такая умеренность и уступчивость Варлена была, вероятно, отражением оборонческих иллюзий парижского пролетариата. Варлен опасался вызвать гражданскую войну в то время, как враг находился на подступах к Парижу. Он не понимал тогда, что Тьеру и французской буржуазии прусская военщина была ближе и дороже, чем её классовые враги — пролетарии Монмартра и Бельвиля.

Пагубная «деликатность» в отношении банка, компромиссные переговоры с мэрами и депутатами — всё это были крупнейшие ошибки Центрального комитета Национальной гвардии и Варлена в том числе. Но наряду с этими ошибками следует отметить, что Варлен был одним из немногих членов Коммуны, которые стояли за решительные действия против Версаля. Маркс писал: «Центральный Комитет… поспешил принять посредничество мэров и депутатов Парижа… Бесчисленные ошибки революционеров… позволили реакции организоваться в самом центре Парижа; оставили в покое Версаль. Тридон, Жакляр, Варлен, Вайан считали нужным немедленно выбить роялистов».

Варлен был чрезвычайно популярен в народных массах. На выборах в Коммуну он был избран одновременно в трёх округах.

В Коммуне Варлен продолжал ту же деятельность, которой он посвятил себя тотчас после революции: 30 марта он вошёл в состав Финансовой комиссии (вместе с Журдом и другими). На нём, как на члене этой комиссии, лежали огромные обязанности: комиссии предстояло заняться городским бюджетом, вопросами о квартирной плате, о векселях, о реализации займа и т. д. Варлен неусыпно следил за расходованием государственных денег и боролся с растратами и злоупотреблениями.

Функции Варлена как члена Финансовой комиссии были чрезвычайно разнообразными. Они ещё более усложнились с 21 апреля, когда он вошёл в состав Продовольственной комиссии Коммуны.

3.3. Поддержка «меньшинства»

1 мая Коммуна разделилась на два лагеря в связи с голосованием по важному принципиальному вопросу: о создании Комитета общественного спасения. В связи с военными неудачами по обороне Парижа, с ослаблением дисциплины, с непрекращающейся деятельностью версальских агентов внутри города и т. д. был поднят вопрос о необходимости усиления революционной власти, сосредоточения её в руках нескольких человек, которым будут даны диктаторские полномочия. Варлен присоединился к меньшинству (по преимуществу состоявшему из его товарищей интернационалистов) и голосовал против Комитета общественного спасения.

Несомненно, создание крепкого оперативного органа, осуществляющего революционную диктатуру пролетариата, было необходимо, и в этом отношении позиция «меньшинства» была ошибочной.

4 мая Варлен был назначен главным директором провиантской части и военного снабжения. 5 мая он был кооптирован в Военную комиссию Коммуны.

В связи с ухудшением положения на фронте и ошибками членов Комитета общественного спасения, по инициативе Варлена 9 мая был поднят вопрос о роспуске Комитета общественного спасения. Был создан новый комитет в составе Ранвье, Арно, Гамбона, Делеклюза.

Антагонизм «большинства» и «меньшинства» Коммуны усиливался. «Меньшинство» демонстративно объявило о своём уходе из Коммуны. «Коммуна, — писали они, — отказалась от своей власти в пользу диктатуры, названной ею Комитетом общественного спасения… Напротив, меньшинство считает, что Коммуна обязана в отношении революционного движения, политического и социального, принять на себя всю ответственность и не имеет права ни от какой ответственности уклоняться, в какие бы достойные руки она ни пожелала бы её вручить». Варлен подписался под заявлением «меньшинства».

Этот шаг в такую тревожную минуту, перед лицом стольких опасностей, был несомненно ошибочным. По настоянию Федерального совета Интернационала (заседавшего 17 и 20 мая) все пятнадцать членов «меньшинства» 17 мая вновь заняли свои места в Коммуне. Они не желали, чтобы их обвинили в дезертирстве.

Маркс в это время писал Франкелю и Варлену (13 мая 1871 г.): «…Коммуна тратит, по-моему, слишком много времени на мелочи и личные счёты. По-видимому, наряду с влиянием рабочих, есть и другие влияния. Однако это не имело бы ещё значения, если бы вам удалось наверстать потерянное время». В том же письме Маркс обращает их внимание на грозящую Коммуне опасность со стороны Тьера, заключившего тайную сделку с Бисмарком за огромную взятку.

3.4. «Кровавая неделя»

21 мая версальская армия вторглась в пределы Парижа. С этого момента в течение всей «кровавой недели» Варлен находится на передовых позициях; став во главе 5-го легиона Национальной гвардии, он храбро и стойко сражается и огранизует оборону своего (6-го) округа.

24 мая Варлен, видя, что всякое сопротивление бесцельно, покидает баррикады и переходит на другой берег Сены, чтобы защищать 11-й округ. Там, в мэрии округа, собрались остатки доблестных защитников Коммуны. Варлен в их рядах. В большом зале мэрии заседает около двадцати членов Коммуны, обсуждая последние мероприятия.

Вечером 25 мая после гибели на баррикадах Делеклюза Варлен был назначен руководителем обороны (делегатом по военным делам).

27 мая на рассвете Варлен занял помещение сектора на ул. Аксо, 81. Выйдя оттуда вместе с Тейссом (членом Интернационала и Коммуны), по направлению к батареям Бютт Шомон, он наткнулся на процессию: это вели на расстрел пятьдесят одного заложника, взятых в тюрьме Ля-Рокетт. Варлен тщетно пытался заступиться за них, но все его просьбы были тщетны: толпа, озлобленная зверствами версальцев, требовала мщения за своих расстрелянных братьев, жён, отцов и детей. Заложники были расстреляны.

Поблизости от этого места Варлен со своими спутниками увидел баррикаду на углу улиц Сен-Мор и Фонтен-о-Руа. Присоединившись к её защитникам, они дрались целые сутки.

После того, как защита баррикад на улице Сен-Мор стала невозможной, Варлен перешёл на другую баррикаду — на улице Рампонно. Защищая её, он дрался, пока у него не истощился запас патронов. Когда уже не осталось ни одного патрона, он вместе с Гамбоном, дравшимся с ним бок о бок, оставил баррикады.

3.5. Гибель

28 мая Варлен был захвачен в плен версальцами на перекрёстке улицы Лафайет и улицы Кадэ. Ему связали руки ремнём и в несколько часов водили по городу с места на место под улюлюканье обывателей, полицейских и солдат, которые осыпали его ударами и плевками — сначала к генералу Лавотри, потом на улицу Розье, оттуда к Монмартрскому холму и снова на улицу Розье. Избитый до полусмерти, он уже не мог держаться на ногах, и его стали волочить по мостовой. Его расстреливали почти в упор. Уже тяжело раненый, он поднялся с земли и прокричал: «Да здравствует Коммуна!». [1] [2]

Литература
[1]  А. Я. Лурье. Портреты деятелей Парижской Коммуны.
[2]  П. М. Керженцев. История Парижской Коммуны.

Разделы: Персоналии, Деятели Парижской Коммуны