Ламетри, Жюльен Офре де

Жюльен Офре де Ламетри (фр. Julien Offray de La Mettrie; 25 декабря 1709, Сен-Мало, Бретань — 11 ноября 1751, Берлин) — французский философ-материалист, врач; первым во Франции изложил систему механистического материализма и сенсуализма.

1. Детство и начало литературной деятельности

Родился в 1709 г. в городе Сан-Мало на западном побережье Франции. Учился в коллежах Кутанса, Кана, дю Плесси и в парижском коллеже д'Аркур. Затем поступил на медицинский факультет Парижского университета, по окончании которого отправился для пополнения знаний в Лейден, к крупнейшему медицинскому светилу века — Бургаве.

Возвратившись в родной город, Ламетри работает врачом, ведя борьбу за передовые методы в медицине и занимаясь переводом научных трудов Бургаве. Появляются его собственные научные публикации.

Оказавшись позднее в столице, Ламетри получает должность домашнего врача герцога де Граммона и врача возглавляемого им гвардейского полка и принимает участие в войне за австрийское наследство. Мысль Ламетри продолжает упорно работать. Один за другим он пишет анонимные памфлеты, на страницах которых выведены псевдоврачи, кичащиеся своим положением в обществе, ничего не смысля в своем ремесле.

2. Первые философские работы

Выход в свет первого философского труда Ламетри «Естественная история души», в котором под тонким флером ортодоксально-религиозной фразеологии провозглашались материалистические взгляды, – вызывает ярость ревнителей веры, требующих немедленной расправы с книгой и её автором. На заседании парижского парламента обвинитель настаивает на публичном сожжении книги на основании того, что в ней содержится «умысел уничтожить истинные представления о природе и свойствах человеческого духа под предлогом углубления этих представлений, сводя природу и свойства духа человеческого к материи и подрывая основы всякой религии и всякой добродетели». Парламент выносит соответствующий приговор, и экзекуция проводится на Гревской площади.

Не заставила себя ждать расправа и с автором трактата. Одно за другим стали публиковаться возмущённые выступления. Ламетри вынужден уйти со своей должности в гвардии. Более того, назначенный на должность инспектора нескольких военных лазаретов, он вскоре должен покинуть и этот пост: ему грозит тюрьма, и он вынужден бежать сначала в Гент, затем в Лейден (Нидерланды).

Спустя всего год после того, как палач публично предал огню его книгу, в разгар кампании, развернутой против него мракобесами, Ламетри с прежней энергией продолжает обличать врачей-дельцов и анонимно издаёт новую книгу – «Человек-машина», в которой более смело и решительно развивает ранее выдвинутые идеи. Здесь атеизм и материализм автора выражены еще резче.

Трактату было предпослано «Предуведомление издателя» (видимо, написанное самим Ламетри), в котором утверждалось, что издатель решился опубликовать аргументы против религии только для того, чтобы дать возможность защитникам её показать свое превосходство над атеистами: «тогда теология в жарком споре одержит верх над столь слабым соперником». Несмотря на эту предосторожность, на издателя обрушивается негодование властей, требующих выдать все экземпляры книги для их публичного сожжения и назвать имя автора. Во Франции трактат мгновенно запрещается.

3. Бегство из Франции и последние дни

Вскоре распространяется слух, что автор сочинения — Ламетри. Ночью Ламетри уходит из Лейдена, а позднее покидает и страну. Ещё до выхода трактата из печати Ламетри обращается за помощью к Мопертюи — знаменитому учёному, математику, у которого деизм даже со склонностью к теизму сочетался с настойчивым стремлением объяснить природу из нее самой, а психические явления — из свойств материи. Это существенно сближало взгляды Ламетри с мировоззрением учёного, который был в это время президентом берлинской Академии наук и пользовался большой благосклонностью короля Пруссии Фридриха II (всячески афишировавшего своё покровительство писателям, учёным, философам, преследуемым попами).

В итоге король, проявив к изгнаннику сочувствие и интерес и целые дни проводивший в его обществе, предоставил Ламетри возможность работать и отстаивать свои убеждения в Берлине, сразу же назначив его на должности врача и личного чтеца короля, а позднее и членом берлинской Академии наук. Король.

Тогда в Академии царили реакционные взгляды людей, для которых учения Лейбница и Вольфа были лишь философской апологией ортодоксально-религиозного образа мыслей. Нетрудно понять, как отнеслось большинство членов берлинской Академии к Ламетри, стороннику просвещённого абсолютизма, считавшему, что развитие общества определяется деятельностью выдающихся людей и успехами просвещения. Однако Ламетри встретил в Берлине и людей, в идейном отношении близких ему, — Вольтера, Мопертюи, д'Аржанса, Альгаротти.

Несмотря на то, что врачебная практика и обязанности королевского чтеца отнимают у него немало времени, Ламетри с увлечением работает над созданием новых философских и медицинских произведений. Одна за другой выходят в свет его философские работы, публикуются сатирические произведения. Позднее философские идеи Ламетри окажут значительное влияние на Дидро, Гольбаха и Гельвеция.

Однако поразившее Ламетри острое заболевание внезапно обрывает его жизнь: в 1751 году, находясь в сорокадвухлетнем возрасте, покинул мир человек, который, по выражению, Г. В. Плеханова, «своей смелостью пугал даже самых смелых», ибо ненавистью или по меньшей мере острой антипатией проникнуто почти всё, что было написано о нём на протяжении многих десятилетий после его смерти.

4. Главные философские и социально-политические труды

4.1. Трактат о душе (Естественная история души) (1745)

Считается, что основные идеи трактата впервые посетили Ламетри в результате наблюдений, которые он производил над собой, заболев лихорадкой в лагере французских войск во время осады Фрейбурга. На континенте данный трактат — первое печатное произведение XVIII в., выдвигающее и отстаивающее идею самодвижения материи — идею, которую Ламетри защищает и разрабатывает и в работах, созданных им позднее.

Исходный пункт — убеждение в том, что материальный мир «существует сам по себе», что у него не было начала и не будет конца, поскольку элементы материи обладают «несокрушимой прочностью».

В центре внимания философа вопрос об источнике движения материи: материя пассивна, разъясняет Ламетри, если имеется в виду лишь ее протяженность, если отвлечься от других ее свойств. Но наряду с «пассивными формами» (величина, фигура, положение) материя обладает и «активной формой», играющей наибольшую роль в природе: материи имманентна движущая сила, посредством которой производятся все принимаемые ею модификации. Здесь две способности: пассивная способность быть приводимой в движение, выступать в различных модификациях и активная способность приводить в движение, вызывать различные модификации. Обе способности, оба начала заключены в материи. Способность вызывать движение — такой же атрибут субстанции, как и ее способность приходить в движение.

Существует, говорит Ламетри, лишь следующая альтернатива: либо источник движения заключен в самой материи, в самой субстанции, все части которой обладают способностью самостоятельного движения, либо источник движения материи — сила или субстанция, находящаяся вне ее и отличная от нее. Но «нельзя ни доказать, ни представить себе никакой другой субстанции, действующей на нее». Таким образом, «очевидно, что материя содержит в себе оживляющую и движущую силу».

Рассуждения философа полемически заострены против религиозно-идеалистических взглядов на природу жизни. Ламетри страстно выступает против финализма — объяснения всех особенностей жизни целевыми («конечными») причинами, т. е. целями, к достижению которых бог направляет строение тела и поведение всего живого, и против витализма — воззрения, согласно которому все целесообразные движения животных и растений вызываются присущей им таинственной, нематериальной, сверхъестественной силой — «жизненной силой», наличие которой отличает всё живое от неживой материи.

4.2. Краткое изложение философских систем для облегчения понимания трактата о душе (1751)

Специальное приложение к «Трактату о душе», в которое Ламетри при работе над изданием своих философских сочинений были вынесены многочисленные примечания к тексту трактата.

4.3. Человек-машина (1747)

В этой книге идеи, выдвинутые в первом философском труде Ламетри, развиваются более смело и решительно. Атеизм и материализм в ней выражены ещё резче.

Все философские системы, говорится в трактате, могут быть сведены к двум: материализму (считающему, что есть лишь одна субстанция — материя, которая может обладать способностью мыслить) и спиритуализму (постулирующему существование еще одной субстанции — нематериальной, которая мыслит, на что материя не способна).

Единство всего живого обосновывается у Ламетри прежде всего данными сравнительной анатомии и физиологии различных животных и человека, обнаруживающими аналогичность строения органов и их функций, в том числе и функционирования психики у животных различных видов и людей. Сопоставляя данные морфологии и физиологии растений с данными анатомии и физиологии животных, философ и здесь обнаруживает существенные аналогии. Он заостряет мысль о родстве, единстве животных и человека, мира растений и мира животных, утверждая, что существовали и, возможно, существуют переходные формы, например «растения-животные», что при известных условиях человекообразная обезьяна может превратиться в человека.

Утверждая, что «мысль представляет собой только способность чувствовать», что «способность ощущать одна производит все интеллектуальные способности», что «при помощи ее все объясняется» в духовной жизни человека, Ламетри придерживается той же гносеологической позиции, какой придерживались все просветители.

С этим связано его убеждение в том, что носителем сознания, нашей «душой» является носитель способности ощущать — часть мозга, связанная с нервами и органами чувств, что «разумная душа» и «чувствующая душа» — одно и то же. В этом отношении мы отличаемся от животных лишь более совершенной организацией мозга, дающей нам способность охватывать великое множество словесных знаков и несравненно большую, чем у животных, способность к обучению. Наш мозг воспринимает как изменения, совершающиеся внутри нашего тела, так и те изменения вне нас, которые действуют на наши органы чувств. Состояния мозга, вызываемые этими двумя факторами, всецело и однозначно предопределяют все симпатии и антипатии человека, его склонности и настроения, а следовательно, и его волю.

Главное для автора — доказать, что психика человека, так же как и психика животных, ничего сверхъестественного, мистического в себе не содержит, что ее носитель не нечто таинственное, нематериальное и божественное, а вполне доступные исследованию мозг и нервы, что человек близок к высокоорганизованным животным, от которых он произошел, и что он часть природы, ступень в развитии материи. Ближайшие к нему ступени — обезьяны, бобры, слоны, а дальние — собаки, кошки, птицы, рыбы. Животным предшествуют растения, растениям — минералы.

4.4. Человек-растение (1748)

Трактат предвосхищается словами автора, раскрывающими замысел сочинения: «В этом произведении человек превращен в растение, но не подумайте, что это вымысел в духе Овидия. Сходство растительного и животного царств заставило меня обнаружить в первом из них основные элементы, находящиеся во втором. Если же мое воображение порой дает себе волю, то его игра происходит, если можно так выразиться, на арене истины. Мое поле брани — область природы, и мне нужно было сделать весьма мало усилий, чтобы скрыть ее различия».

4.5. Анти-Сенека, или Рассуждение о счастье (1748)

Данный трактат – настоящий гимн мужеству духа, о котором говорится, что оно настолько же выше мужества тела, насколько научная борьба выше войны. Души, соединяющие в себе силу, мужество и знания, не только сами с честью преодолевают любые невзгоды, но и поддерживают нас своим примером, указывая «прекрасную дорогу», по которой мы должны следовать.

«Эпикур, Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий и Монтень — вот мои врачи в несчастье: их мужество, — лекарство в беде». Благодаря этому мужеству Сенека при всей его непоследовательности сумел достойно встретить смерть. Следовательно, «стоицизм, столь высмеиваемый и поносимый, дает нам… в руки победоносное оружие» — напряжение «мускулов разума», мужество духа, позволяющее справиться с любыми бедами.

Ламетри призывает презирать преследования, обрушиваемые на независимо мыслящих людей, выступающих против господствующих взглядов и открыто отстаивающих то, в чем их разум усматривает истину.

Ноте индивидуализма и эгоизма, которая явственно звучит в призывах Ламетри к наслаждениям, противостоит энергично отстаиваемая им мысль о деятельности на благо общества как необходимом условии счастья. Высшее счастье — в сознании, что живешь не только для себя, но и для других, для общества. Человек, ценой собственной жизни избавляющий общество от угнетения, вызывает восхищение философии. А о тех, кто думает «лишь о своем теле», кто, потворствуя своим низменным инстинктам, предается обжорству и разврату, он пишет с презрением и отвращением: эти люди, подобно свиньям, утопают в грязи, им доступно лишь свинское счастье. Обращаясь к авторам книг, он призывает их писать то, в чем они усматривают истину, пренебрегая предрассудками современников и считая самой возвышенной задачей — служить благу человечества.

Здесь Ламетри отвергает врожденность альтруизма каждому человеку, критикуя свои ранние высказывания в «Человеке-машине», где утверждалось, что отвращение к поступкам, вредным для других, и стремление делать добро другим заложены в природе человека и прирождены не только всем людям, но и всем живым существам.

4.6. Опыт о свободе высказывания мнений (1748)

В данном произведении открыто и решительно отстаивается атеизм, высказываются социально-политические идеи Ламетри и его требования свободы мысли.

4.7. Послание уму моему, или Осмеянный аноним (1749)

В 1748 г. появилась анонимная статья с обвинениями Ламетри в плагиате при написании «Человека-машины», а также с упрёками в том, что автор трактата спинозист и как следует не читал Декарта. Как выяснилось много позднее, автором статьи был геттингенский профессор философии Самюэль Христиан Голльманн, последователь Вольфа.

Ответом на статью стало «Послание…» Ламетри. Манера, в которой написана эта небольшая работа, характерна для тех произведений Ламетри, в которых он, сбивая с толку своих преследователей, выступал в роли критика своих собственных сочинений.

4.8. Система Эпикура (1750)

В трактате даётся развернутое объяснение процесса, приведшего к целесообразному строению и поведению растений и животных.

Автор высказывает мнение, что прежде достижения современной телесной организации сменили друг друга бесчисленные породы, обладавшие различным строением тела, так что на смену хуже приспособленной к жизни организации приходила организация, лучше к жизни приспособленная, причём их организация — не дело «мудрого творца», а результат действия законов природы, лишённой сознания.

Стимулы вроде изобретённых ада и рая, говорит Ламетри, не нужны для людей просвещённых, сильных, обладающих подлинным величием души, «для кого религия является тем, что она есть на самом деле, а именно басней». Ламетри поддерживает мысль Бейля, что вполне могло бы существовать общество, состоящее лишь из атеистов.

4.9. Животные – большее, чем машины (1750)

В 1749 г. книгу, посвященную критике «Человека-машины», опубликовал бреславльский врач Траллес, позиция которого ясно выражена в следующих словах из другой его работы: «Хотя мозг и нервы образуют связки, посредством коих тело и душа в этом мире связаны и объединены, однако несомненно, что люди, особенно ученые люди, мыслят, и глубоко мыслят, без какой бы то ни было помощи ощущений, без содействия мозга».

В «Человеке-машине» бреславльский врач нашел 38 основных положений, которые он одно за другим «опровергает».

Ознакомившись с книгой Траллеса, Ламетри пишет ироничный ответ на опус бреславльского ревнителя веры.[1]

Литература
[1]  Ламетри Ж. О. Сочинения. — М.: Мысль, 1983. — С. 3–57, 456–486.

Разделы: Персоналии, Революционные мыслители